Под знаком незаконнорожденных читать

Книга Под знаком незаконнорожденных. Владимир Владимирович Набоков - maquettage.info

под знаком незаконнорожденных читать

Читать онлайн книгу «Под знаком незаконнорожденных» полностью, автор Владимир Набоков ISBN: , в электронной библиотеке. Читать книгу онлайн "Под знаком незаконнорожденных" - Набоков Владимир Владимирович - бесплатно, без регистрации. Под знаком незаконнорожденных - Набоков Владимир Владимирович, бесплатно читать онлайн, бесплатно скачать txt, скачать zip, скачать jar, все .

Он сожалел уже, что уступил искушению, потому что не мог взять уступку назад, и трепещущий человек в нем пропитался слезами. Как и всегда, он отделял трепещущего от наблюдающего: То был последний оплот ненавистного ему дуализма.

Чужак, спокойно следящий с абстрактного брега за течением местных печалей. Фигура привычная — пусть анонимная и отчужденная. Он видел меня плачущим, когда мне было десять, и отводил к зеркалу в заброшенной комнате с пустой попугайной клеткой в углучтобы я мог изучить мое размываемое лицо. Он слушал, поднявши брови, как я говорил слова, которые говорить не имел никакого права.

Читать "Под знаком незаконнорожденных" - Набоков Владимир Владимирович - Страница 1 - ЛитМир

В каждой маске из тех, что я примерял, имелись прорези для его глаз. Даже в тот самый миг, когда меня сотрясали конвульсии, ценимые мужчиной превыше. И Круг полез за платком, тусклой белой бирюлькой в глубине его личной ночи.

В иные ночи мост был строкой огней с определенным ритмом, с метрическим блеском, и каждую его стопу подхватывали и продлевали отражения в черной змеистой воде. В эту ночь что-то расплывчато тлело лишь там, где гранитный Нептун маячил на своей квадратной скале, каковая скала прорастала парапетом, каковой парапет терялся в тумане. Едва только Круг, степенно ступая, приблизился, как двое солдат-эквилистов преградили ему дорогу.

Прочие затаились окрест, и, когда скакнул, словно шахматный конь, фонарь, чтобы его осветить, он заметил человечка, одетого как meshchaniner [буржуйчик], стоявшего скрестив руки и улыбавшегося нездоровой улыбкой. Двое солдат оба, странно сказать, с рябыми от оспы лицами интересовались, как понял Круг, его Круга документом.

Пока он откапывал пропуск, они понукали его поспешить, упоминая недолгие любовные шалости, коим они предавались, или хотели предаться, или Кругу советовали предаться с его матерью. Солдаты сцапали пропуск, будто банкноту в сто крун. Пока они прилежно изучали его, Круг высморкался и неспешно вернул платок в левый карман пальто, но, поразмыслив, переправил его в правый, брючный. Круг, держа у глаз очки для чтения, заглянул через руку.

Ну это-то вам знакомо. Это когда пытаешься вообразить mirok [мелкий розоватый картофель] вне всякой связи с тем, который ты съел или еще съешь. Чего слоняешься у моста? Вчера друзья достали мне эту бумагу, ибо предвидели, что с наступлением темноты мост возьмут под охрану. Мой дом на южной стороне. Я возвращаюсь много позже обычного. И намерился возобновить поиски.

What does bend sinister mean?

Круг подчинился, воздев в небеса очешник. В целом эффект получился прекрасный. Они отыскали пустую фляжку, совсем недавно вмещавшую пинту коньяку. Человек хотя и крепкий, Круг боялся щекотки, он несколько всхрюкивал и повизгивал, пока они грубо исследовали его ребра.

Что-то скакнуло и стукнуло, стрекотнув, словно сверчок. Круг согнулся, пошарил, отшагнул — и страшно хрустнуло под каблуком его тяжелого ботинка.

Под знаком незаконнорожденных

А надоест нам с тобой возиться, кинем в воду и будем стрелять, пока не утопнешь. Еще подошел солдат, лениво помахивая фонарем, и вновь мелькнул перед Кругом бледный человечек, стоявший в сторонке и улыбавшийся. Как поживает двоюродный брат ваш, садовник? Новоявленный — неказистый и румяный деревенский малый — взглянул на Круга пустыми глазами и указал на толстого солдата.

Так как же он, этот милый садовник? Вернулась ли в строй его левая нога? Так передайте ему, раз уж он существует, что профессор Круг частенько вспоминает беседы с ним за кувшином сидра.

Будущее всякий может создать, но только мудрый способен создать прошлое.

под знаком незаконнорожденных читать

Дивные яблоки в Бервоке. Тогда-то и вывели вперед бледного человечка. Он, похоже, впал в заблуждение, что Круг как-то начальственнее солдат, потому что начал плакаться тонким, женским почти что голосом, рассказывая, что он и брат его, у них бакалейная лавка на том берегу, и что оба они чтят Правителя с благословенного семнадцатого числа того месяца. Повстанцы, слава богу, раздавлены, и он желает соединиться с братом, чтобы Народ-Победитель смог получить деликатесы, продаваемые им и его тугоухим братом.

под знаком незаконнорожденных читать

Комитет Гражданского Благосостояния жаловал профессора Круга полной свободой обращаться с наступлением темноты. Переходить из южного города в северный. Чтец пожелал узнать, нельзя ли ему проводить профессора через мост. Вид из окна больницы. Ноябрьские деревья -- тополи, я полагаю, -- два из них растут, пробивая асфальт: Их неподвижность спорит с припадочной зыбью вставного отражения, ибо видимая эмоция дерева -- в массе его листвы, а листьев осталось, может быть, тридцать семь, не больше, с одного его бока.

Они немного мерцают, легкий приглушенный тон, солнце доводит их до того же иконного лоска, что и спутанные триллионы ветвей. Бледные облачные клочья пересекают обморочную небесную синеву. Операция была неудачной, моя жена умрет. За низкой изгородью, под солнцем, в яркой окоченелости, сланцевый фасад дома обрамляют два боковых кремовых пилястра и широкий пустынный бездумный карниз: Их тринадцать; белая решетка, зеленые ставни.

Все очень четко, но день протянет недолго. Что-то мелькает в черноте одного из окон: Другой дом справа, за выступающим гаражом уже целиком в позолоте.

  • Книга Под знаком незаконнорожденных - читать онлайн, бесплатно. Автор: Владимир Набоков
  • Под знаком незаконнорожденных

Многорукие тополя отбрасывают на него алембики восходящих полосатых теней, заполняя пустоты между своими полированными черными распяленными и кривыми руками. Но все это блекнет, блекнет, она любила сидеть в поле, писала закат, который не станет медлить, и крестьянский ребенок, очень маленький, тихий и робкий, при всей его мышиной настырности стоял у ее локтя и глядел на мольберт, на краски, на мокрую акварельную кисточку, заостренную, как жало змеи, но закат ушел, побросав в беспорядке багровые останки дня, сваленные абы как -- развалины, хлам.

под знаком незаконнорожденных читать

Пегую поверхность того, второго дома пересекает наружная лестница, и окошко мансарды, к которой она ведет, стало теперь таким же ярким, какой была лужа, -- она же теперь обратилась в хмурую жидкую белизну, рассеченную мертвой чернотой, -- бесцветная копия виденной недавно картины.

Мне, верно, никогда не забыть унылой зелени узкой лужайки перед первым домом к которому боком стоит пятнистый. Лужайки одновременно растрепанной и лысоватой с пробором асфальта посередине, усыпанной тусклыми бурыми листьями. Последнее зарево тлеет в окне, к которому еще тянется лестница дня. Но все кончено, и если в доме зажгут свет, он умертвит то, что осталось от дня снаружи. Клочья облаков пылают телесно-розовым, и триллионы ветвей обретают необычайную четкость; а внизу красок уже не осталось: Нет, стекло лужи становится ярко-лиловым.

Свет зажгли в том доме, где я, и вид в окне умер. Все стало чернильно-черным с бледно-синим чернильным небом, -- "пишут черным, расплываются синим", как обозначено на склянке чернил, но здесь не так, не так расплывается небо, но так пишут деревья триллионами их ветвей. Мало есть на свете занятий более скучных, чем обсуждение общих идей, привносимых в роман автором или читателем.

Я не дидактик и не аллегорист. Подобным же образом влияние моей эпохи на эту мою книгу столь же пренебрежимо мало, сколь и влияние моих книг или по крайней мере этой моей книги на мою эпоху. Нет сомнения, в стекле различимы кое-какие отражения, непосредственно созданные идиотическими и жалкими режимами, которые всем нам известны и которые лезли мне под ноги во всю мою жизнь: Нет также сомнений и в том, что без этих мерзостных моделей я не смог бы нашпиговать эту фантазию кусками ленинских речей, ломтями советской конституции и комками нацистской лжерасторопности.

Хотя система удержания человека в заложниках так же стара, как самая старая из войн, в ней возникает свежая нота, когда тираническое государство ведет войну со своими подданными и может держать в заложниках любого из собственных граждан без ограничений со стороны закона. Падук, ничтожный диктатор и прежний одноклассник Круга постоянно мучимый мальчишками и постоянно ласкаемый школьным сторожем ; агент правительства д-р Александер; невыразимый Густав; ледяной Кристалсен и невезучий Колокололитейщиков; три сестры Бахофен; фарсовый полицейский Мак; жестокие и придурковатые солдаты — все они суть лишь нелепые миражи, иллюзии, гнетущие Круга, пока он недолго находится под чарами бытия, и безвредно расточающиеся, когда я снимаю заклятье.